Осанов А.А. Концепции кризиса духовности, культуры, истории в гуманитарных науках // Социально-экономические проблемы современного российского общества. Владимир, 2007
НАУЧНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ
АЛЕКСЕЙ ОСАНОВ
КОНЦЕПЦИИ КРИЗИСА ДУХОВНОСТИ, КУЛЬТУРЫ, ИСТОРИИ В ГУМАНИТАРНЫХ НАУКАХ
1.
Все важнейшие проблемы, обсуждаемые сегодня в обществе, - международный терроризм, ксенофобия, национальный и религиозный фундаментализм, глобализация экономики, катастрофически растущие бездуховность и дегуманизация культуры, инфляция нравственных ценностей, расслоение общества и проч. - так или иначе свидетельствуют о кризисности и переходности нашего времени.
В самом общем смысле, кризис можно определить как совокупность проблемных, трудноразрешимых, подчас безвыходных, ситуаций. Эти ситуации связаны с обострением социальных противоречий, распадом культурных связей, появлением чего-то непонятного, нарушающего привычный ход вещей и, как правило, вызывают состояние замешательства и растерянности, ощущение беспомощности, неверия в собственные силы, часто перетекающие в панику и истерию или же, наоборот, в апатию и нежелание что-либо предпринимать. Духовный кризис, в отличие от социокультурных конфликтов, чаще всего определяется не внешними, а внутренними причинами и противоречиями: переоценкой нравственных ценностей, утратой идеологии, деградацией общества, ломкой традиций, дезориентацией в культурном пространстве, изменением привычного ритма жизни и др.
В развитии человечества, точно так же как и в жизни отдельного человека, случаются свои взлеты и падения: периоды устойчивости и прогрессивного развития перемежаются коллапсами и катастрофами, периодами нестабильности, духовных потрясений, сопровождающимися паническим страхом человека за свою дальнейшую судьбу и агонией общества, оказавшегося не способным справиться с глобальными потрясениями, не сумевшего вынести уроки из прошлого, спасовавшего перед быстро надвигающимся будущим, утратившего связь с реалиями настоящего. Мартин Бубер, посвятивший проблеме духовности и диалогичности человеческого бытия большинство своих работ, отмечал, что в различные эпохи люди неодинаково переживают свое собственное Я, оценивают свои творческие и духовные возможности, понимают смысл происходящего с ними: "В истории человеческого духа я различаю эпохи обустроенности и бездомности. В эпоху обустроенности человек живет во Вселенной как у себя дома, в эпоху бездомности - как в диком поле" [Бубер 1995; 165]. В кризисные для себя эпохи человек исполнен смятения, пессимизма и скептицизма, зациклен на идеях хаотичности жизни и заброшенности людей во враждебном для них мире, сомневается в конечном торжестве добра и справедливости, не столько полагается на свои собственные силы, сколько безвольно препоручает себя слепому случаю или беспощадной судьбе.
Наступление таких периодов нестабильности и разлада - неизбежность. Совершенное во всех отношениях устройство общества возможно лишь гипотетически, в реальности же такой идеал недосягаем. История показывает, что еще ни одно из существующих сообществ не было способным постоянно развиваться по восходящей, всегда и во всем добиваться успеха, не совершать невольных ошибок и избегать противоречий. Хотим мы этого или нет, раньше или позже периоды острого духовного кризиса в истории народов, государств, цивилизаций обязательно повторяются: иногда как фарс или злая шутка, иногда как трагедия, перемалывающая человеческие жизни в мясорубке политических интриг, рушащихся надежд, ускользающего, как песок сквозь пальцы, времени. И несмотря на то, что любой кризис имеет совершенно определенные причины и предпосылки, готовится исподволь, его наступление чаще всего оказывается неожиданным, случается как бы вдруг, вызывая чувство недоумения и растерянности, рождая почти истерические вопросы: "Кто виноват?", "Что делать?", "Почему именно я?". Вопросы, на которые чаще всего нет и не может быть вразумительных и ясных ответов.
Разумность и закономерность Истории, неизбежность или случайность, происходящих в ней процессов, как отмечал еще в XVIII в. Иммануил Кант, в значительной мере - вопрос масштаба, приложенного к Истории. Логика всемирно-исторического процесса и его общая направленность, смена стабильных и катастрофических эпох становятся очевидными, только если масштаб достаточно крупен ("большое видится на расстоянье"). Если же масштаб мал, на первый план выступают случайности и нестабильности в развитии, что заставляет рассматривать практически любое состояние современной культуры как кризисное. То, что завтра будет оценено как верный и правильный выбор, сегодня может повергнуть многих в смятение и растерянность, т.к. принятые решения вовсе не кажутся очевидными и бесспорными, а их последствия трудно предвосхитить и заранее направить в нужное русло.
Ситуация усугубляется еще и тем, что уже к середине прошлого века общество вступило в такую фазу своего развития, при которой повседневная жизнь человека становится внешне вполне благополучной: отсутствует тяжелый труд, насилие сведено к минимуму, становится все меньше неизлечимых болезней, повышается доступность жизненных благ, в распоряжении практически каждого - самые последние достижения науки и техники. За фасадом этого благополучия становится не так заметен и ощутим глубокий духовный кризис: ничем не объяснимая тревога и растерянность, чувство неудовлетворенности и пресыщенности, не покидающее людей, вроде бы обеспеченных всем необходимым, утрата смысла жизни, весьма размытые перспективы на будущее, ощущение разобщенности, никчемности и никомуненужности.